Внуто

   Мое деревенское детство пахло молоком коровы Таньки и аппетитными поджаристыми оладушками из русской печи.

     День-деньской бились по хозяйству анциферовские женщины, всюду успевая и валясь к вечеру с ног  от усталости. Но иногда, кивнув на сбившихся в стайку нарядных соседок и завистливо вздохнув, бабушка Дуня говорила: 'Сегодня Илья, ишь бабы во Внуто пошли'.  Вскоре я узнала, что в таинственном Внуто, в десяти километрах от нашего поселка, в стороне он проезжих дорог есть  единственная на всю округу церковь, куда моей бабушке, жене школьного завуча и коммуниста, ходу не было.

    Все деревенские знали, что служит там замечательный батюшка - отец Иосиф (Сафронов), что он долго сидел в лагерях, но духом не пал, телом крепок, суровенький, но справедливый и добрый.                                      

     Еще раз услышала я про отца Иосифа в Ленинграде в 1986 году, когда на работе передавали по радио сводку новостей. Слух выхватил знакомое название: 'Внуто: Новгородской области:арестован священник местной церкви: на церковной колокольне найден радиопередатчик'. Как же так? Что за бред? Ведь местному батюшке 85 лет. Какой он шпион, да и  что может делать вражеский агент в Новгородской глуши, когда со спутника уже можно спичечный коробок сфотографировать? Как теперь будут без него наши деревенские старушки, для которых зачастую единственной радостью в их неимоверно трудной жизни был этот десятикилометровый поход  по бездорожью в церковь?

     Года через полтора  архимандрит отец Иосиф вернулся в осиротевший приход и жизнь в храме Успения Богородицы снова затеплилась.

     Местные жители рассказывали, что многие работы  по ремонту церкви отец Иосиф, несмотря на возраст,  выполнял сам. Да и где было взять работников во времена, когда самой твердой валютой в российской деревне была бутылка водки? Видно не поднималась на такую плату рука у батюшки.   

     На колокольне вместо колоколов висел кусок рельса, заменяя православным благостные для сердца малиновые звоны. В те безбожные годы многим из них только и оставалось, что тайком креститься, заслышав гулкие удары.

     Нам, мирянам, даже не представить, как должно быть горько было священнику служить в пустой церкви. Очень многих из великих российских пастырей двадцатого века провел Господь через это испытание. Я вспоминаю слова Святого Праведного Алексия Мечева из его жизнеописания : 'Восемь лет я служил литургию каждый день в пустом храме:'. Отец Иосиф, по праву принадлежащий к плеяде исповедников и новомучеников Российских,  так же неколебимо выполнял свой долг перед Господом и людьми.

     Отцу Иосифу помогали его духовные чада, наезжавшие из разных городов. Исподволь тянулась к нему и сельская интеллигенция. 

     В 90-х годах батюшке стало полегче - на приходе появился послушник, а затем и диакон отец Михаил (Ганешин). Вместе с ним в 1992 году отец Иосиф совершил истинно великое для всей России дело - он разыскал и перенес во Внутскую церковь мощи Святого Преподобного Никандра Городноезерского из заброшенной и поруганной в те годы Никандровой Пустыни, находящейся неподалеку.

     Анциферовские старожилы рассказывают, что когда  отец Иосиф и отец Михаил пришли на никандровское кладбище, то увидели лишь заросший кустами пустырь, без какого либо намека на могилы, в ведь Святой был похоронен под спудом часовни, разрушенной в лихие тридцатые годы, от нее тоже не осталось и следа. Попытались копать то здесь, то там, но никакого результата не было. И тогда отец Иосиф, немного подумав, твердо и решительно указал на  запущенный клочок  земли и уверенно приказал копать в этом месте.  Действительно, вскоре все увидели, что перед ними могила. То, что это мощи святого люди поняли сразу - перед ними лежал чистый, как фарфоровый, скелет с остатками сапог на ногах.

     Ныне мощи святого заступника этого края  почивают в прекрасной раке, внутри Успенской церкви во Внуто.

     Отец Иосиф упокоился около стен своего храма в августе 1993 года, оставив о себе добрую память и прославив скромную новгородскую деревню своим подвижническим служением.  

     Батюшкой на приходе остался отец Михаил (Ганешин), рукоположенный в сан в 2000 году.

     К нему мы и поехали  летом этого года крестить свою маленькую внучку.

     Возвышающаяся на так называемой 'святой горке' большая и красивая церковь встретила нас радостным РЕТЕЪЧПОПН нескольких колоколов - шла воскресная служба. Уже на подходе к храму чувствовалась заботливая и любящая рука хозяина - везде следы свежего ремонта, удобные пологие ступени на подъеме выложены крупной речной галькой, отсыпана гравием стоянка для машин. Близ стен - храма скромная могила отца Иосифа с неугасимой лампадой и трогательно положенной кем-то конфеткой. Светлая память тебе, отче Иосифе, моли Бога за нас.

     В храме оказалось неожиданно много народа. На полу тихонько возилась ребятня, пел маленький хор, через раскрытые окна мягкие блики света ложились на прекрасные образа старинного письма и не менее прекрасные новые. Недалеко от клироса - икона царственных мучеников и фото Святого Серафима Вырицкого в клобуке, тут же икона этого святого праведника.  У противоположной стены - резная рака Святого Преподобного Никандра Городноезерского, изумительно расписанная. Стоящая рядом прихожанка шепнула, что все новые иконы и рака - работа настоятеля отца Михаила, он - профессиональный художник-иконописец.

     Я знала, что при церкви с давних пор живет  слепая старица Антония (Гаврилова) - духовная дочь Святого Серафима Вырицкого, но конечно повидать ее мы не надеялись, и были очень поражены и взволнованы, увидев пришедшую на службу крошечную старушку в черной мантии.  

     Было заметно, что каждое движение давалось матушке с большим трудом, но тем не менее она исповедалась и причастилась, а потом благоговейно приложилась к мощам святого Никандра и долго что-то шептала ему, как бы советуясь с ним.

     Желающих покреститься набралось около пятнадцати человек. Детей было только несколько. Все остальные - взрослые и даже пожилые люди. Думаю, что этот необыкновенный день будет пребывать с ними всю жизнь, настолько возвышенно и по полному чину провел обряд отец Михаил.

                                                                          Это было действительно Таинство.

      Несмотря на то,  что крещение длилось больше двух часов, никто, казалось, не чувствовал усталости.  Даже малыши тихо сидели на руках у крестных и внимательно следили за каждым движением батюшки. Очень проникновенными были и напутственные слова священника, которые он сказал каждому, вручая свидетельство о крещении.

      Теплое  и радостное чувство оставила в нашей душе эта поездка, мы своими глазами увидели, как благодаря пастырям Православной церкви возвращается жизнь в российскую глубинку, бывшую некогда богатейшим краем, а  ныне ограбленную и разоренную.

     И хочется верить, что именно с таких, не забытых Богом уголков, и начнется понемногу возрождение России.

мЕФП 2006З.